Билет 5

Tariff to Nowhere

Published: June 15, 2008

According to Political Science 101, candidates run to extremes in primary season and crowd the center in November. A good test will be whether the apparent Democratic nominee, Barack Obama, tries to reclaim a moderate position on trade.Skip to next paragraph
During the primaries, Obama and Hillary Clinton attacked free trade as if it were a scourge at times each one accusing the other of (horror of horrors) harboring a hidden affection for the North American Free Trade Agreement. Clinton has called for a “time out” on new trade deals, and Obama has insisted he would renegotiate Nafta. Given that most economists think Nafta, and trade deals like it, have been good for the country, their pandering to the opponents of trade was faintly humorous. No matter. Having finished for the moment with Nafta, the Democrats got behind the recent farm legislation, which was essentially an antitrade bill in disguise. Instead of imposing a tariff on foreign goods, the farm bill tilts the scales in favor of domestic crops by extending, and in some cases increasing, hefty subsidies.
Tariffs protect a minority of Americans in threatened industries while punishing the rest of us by raising prices (and by encouraging other nations to retaliate against U.S. industry). In the 1990s, when Bill Clinton pushed through Nafta and normalized trade relations with China, it seemed to reflect a new, bipartisan consensus. But in recent years, Congress soured on trade. Gary Hufbauer, a senior fellow at the Peterson Institute for International Economics, laments, “The consensus is gone.” Even some economists have begun to suggest that trade is playing a major role in widening the income gap between rich Americans and poor — especially as more of our imports now originate in low-wage countries.
What has changed? In the first place, the supposed consensus was never so broad. Clinton passed his trade deals mostly with the votes of Republicans. And in the Bush years, economic troubles have stoked the fear that trade is costing Americans jobs, especially in the shrinking manufacturing sector.
This was also the fear in 1930, when the U.S. hiked tariffs, aggravating the world Depression. To the diplomats who reshaped the world’s economy after World War II, trade barriers were clearly a folly. The General Agreement on Tariffs and Trade, signed in 1947, reduced tariffs around the globe. Seven successive treaties cut them more. Today the average tariff on U.S. imports is a meager 3 percent — down from 20 percent in 1940. Free or almost-free trade is a fact. Clinton greatly accelerated the process by signing Nafta, which created a free-trade zone with Mexico and Canada. Bush has signed 12 more bilateral deals, with countries ranging from Chile to Morocco. But Congress is balking at passing the most recent pact, with Colombia.
At latest count, 35 percent of U.S. trade is with countries with whom the U.S. has, in effect, an open market. The other two-thirds remains subject to tariffs — in some cases quite high ones (exporters to India are often slapped with a tariff of roughly 25 percent). Negotiators in Doha, Qatar, have been trying for years to draft a new multilateral tariff reduction for all. But progress on this monumentally complex process has stalled.
The Doha talks have emphasized agriculture, reflecting that farm protections remain high. The Bush administration’s effort to protect cotton subsidies has hardly inspired other countries to open their markets. The recent farm bill, which doles out treats to sugar growers and many others, should have a similar, chilling effect. Bush opposed the bill but couldn’t stop it, and he will leave office with the free-trade momentum having fizzled.
John McCain, an avid free trader, would surely try to reignite the Doha session. The more interesting question is what the Democrats would do. Obama may soften his populism in the fall, given that protectionists of late have not been winners in national elections. What’s more, if he were to win, he would have a difficult time governing as a protectionist. “There are two forces that will tend to move Obama to centrist positions,” Hufbauer says. Thanks to the cheap dollar, U.S. exports are booming; trade is now the economy’s strong suit. And Obama will find that China is less likely to cooperate on global warming, and the French less likely to lend a hand in Iraq, if our markets are closed to their products. Protectionism does not go down with a multilateral foreign policy.
And most economists, including those advising Obama, still support the old consensus, that trade promotes the general well-being even if it causes certain industries and their workers harm. The harm is difficult to measure, but trade is hardly the only culprit. Middle- and lower-income workers’ relative earning power started falling in the late 1970s — more than a decade before Nafta. In all likelihood, the loss of manufacturing jobs has more to do with productivity gains (the fact that it takes fewer employees to assemble a car, print a newspaper and so forth) than with trade.
Even Dani Rodrik, an economist at Harvard’s Kennedy School who, like Hillary Clinton, favors a time-out on new trade deals, isn’t antitrade. He argues that with trade accounting for fully 30 percent of the gross domestic product, the government should do more to cushion its effects. For instance, it could give workers displaced by trade wage insurance or early retirement.
And all discussions of the victims of trade ignore the considerable benefits: the exports we sell and the lower prices for consumers at home. Since poorer Americans spend a higher proportion of their incomes on low-wage imports (shoes from China, for instance), trade can also be seen as favoring the less well off. If only politicians would stop preaching to them otherwise.
Roger Lowenstein, a contributing writer, is the author of “While America Aged,” published last month.

Vocabulary notes

run to extremes

впадать в крайности

Democratic nominee

кандидат на выборы от демократической партии


праймериз (предварительные выборы)

free trade

беспошлинная торговля


бич, бедствие

horror of horrors

самая главная беда



North American Free Trade Agreement (NAFTA)

Североамериканское соглашение о свободе торговли (НАФТА)

to call for


to renegotiate

проводить повторные переговоры; пересматривать (условия соглашения)

given that

при условии, что

to pander to

угождать, потворствовать


едва, еле-еле

to get behind

снижать темпы

in disguise




to tilt






to retaliate


to push through

оказывать поддержку



to sour

выражать недовольство

to lament

с сожалением заявлять

to stoke

поддержать, подпитать

aggravating the world Depression

Обострив Мировой кризис


глупая идея

The General Agreement on Tariffs and Trade

Генеральное соглашение по тарифам и торговле



bilateral deal

двусторонние соглашения

to balk at

отказываться от чего-либо

in effect

в действительности, фактически

to slap

внезапно повышать цену

to stall


to dole

выдавать скудными порциями


производитель сельскохозяйственной продукции

to fizzle

потерпеть неудачу, провалиться

to reignite






productivity gains

повышение производительности

to assemble


to favor

поддерживать какую-л. из сторон

gross domestic product

валовый внутренний продукт (ВВП)

to cushion

смягчать, уменьшать

to preach


to reclaim a moderate position on trade

потребовать умеренное положение при торговле

free-trade momentum

беспошлинная торговля , зона свободной торговли

trade wage insurance

гарантированная заработная плата

Пошлины ни к чему не приведут
Согласно Политической науке 101, в первом сезоне выборов президента США кандидаты впадают в крайности и уже в Ноябре оказываются в центре внимания. Для очевидного кандидата на выборы в президенты США от демократической партии Барака Обамы будет хорошей проверкой попытается ли он потребовать умеренное положение при торговле.
Во время предварительных выборов Барак Обама и Хилари Клинтон критиковали беспошлинную торговлю, словно это какой-то бич, а что ужаснее всего, обвиняли друг друга в том, что питали скрытый интерес к Североамериканскому соглашению о свободе торговли (НАФТА). Клинтон требовала перерыва в подписании каких-либо новых торговых соглашений, а Обама наоборот заявил о том, что он пересмотрит условия Североамериканского соглашения. Учитывая, что большинство экономистов полагает, что НАФТА и подобные торговые соглашения оказались благоприятными для страны, их попытки угодить противникам торговли выглядят смешно. Но, не в этом дело. Отложив на время НАФТУ, демократы поддержали сельскохозяйственное право, что было по существу законом против торговли. Вместо того, чтобы наложить пошлину на импортные товары, сельскохозяйственный закон склоняет весы в пользу отечественных зерновых культур, увеличивая и так уже большой размер субсидий.
Пошлины дают защиту лишь меньшей части американцев, работающих в нерентабельных отраслях промышленности. Большая же часть населения страдает от повышения цен, что подстрекает другие страны принять ответные меры против американской промышленности. Казалось, что в 1990-ых, когда Билл Клинтон поддержал НАФТУ и наладил торговые отношения с Китаем, это было зарождением нового двухпартийного соглашения. Однако, в последние годы, конгресс выразил свое недовольство торговлей. Ректор Института Мировой экономики в Петерсоне Гари Хуфбоер с сожалением заявляет: «Это соглашение расторгнуто». Даже некоторые экономисты начали предполагать, что торговля играет главную роль в увеличении разрыва в уровне доходов между богатыми американцами и бедными — тем более, что большая часть нашего импорта теперь производится в странах третьего мира.
Что изменилось? Во-первых, предполагаемое соглашение никогда не было таким обширным. Главным образом вместе с голосами республиканцев, Клинтон передал все свои торговые сделки. А во времена правления Буша, экономические проблемы подпитывали страх, что торговля стоит рабочих мест простых американцев, особенно в сокращающемся промышленном секторе.
Подобный страх люди испытали в 1930 году, когда Соединенные штаты резко увеличили размер пошлин, тем самым обострив Мировой кризис. Для дипломатов, изменивших мировую экономику после Второй мировой войны, помехи на пути развития торговли были всего лишь пустым местом. После подписания в 1947 году генерального соглашения по тарифам и торговле, размеры пошлин во всем мире уменьшились. Благодаря семи последующим успешным соглашениям они еще сократились. На сегодняшний день средний размер пошлины на американский импорт составляет скудные 3%, по сравнению с 20% в 1940 году. Сейчас свободная или почти беспошлинная торговля это факт. Переход на беспошлинную торговлю значительно ускорился, когда Клинтон подписал НАФТУ, тем самым создав зону свободной торговли с Мексикой и Канадой. Затем Буш принял еще 12 двухсторонних соглашений со странами от Чили до Марокко. Однако Конгресс отказывается от подписания подобного договора с Колумбией. По последним оценкам 35% всей американской торговли происходит с теми странами, с которыми у США есть открытый рынок. Оставшиеся две трети облагаются пошлинами, и в некоторых случаях довольно высокими (экспортеры в Индии повышают размер пошлины до 25%). В течении многих лет посредники в Дохе, Катар пытались найти способ сократить пошлины для всех государств. Однако развитие этого чрезвычайно сложного мероприятия застопорилось.
Переговоры в Дохе подчеркнули, что поддержка сельского хозяйства остается одной из главных задач. Попытки правительства Буша защитить субсидии в хлопчатобумажной промышленности не побудили другие страны открыть свои рынки. Недавний сельскохозяйственный закон, на основании которого производителям сахара и прочих товаров выдавались небольшие субсидии, скорее всего произведет тот же удручающий эффект. Буш выступал против этого законопроекта, но не смог отменить его подписание. В итоге он покинет свой пост в тот момент, когда процесс развития свободной торговли будет приостановлен.
Ярый сторонник свободной торговли Джон Маккэйн, конечно попытается провести переговоры как в Дохе. Но самый интересный вопрос в том, что будут делать демократы? Обама может смягчить свой популизм этой осенью, поскольку сторонники политики протекционизма в последнее время не были победителями на всеобщих выборах. Более того, если ему было суждено победить, то ему будет тяжело управлять страной как сторонник протекционизма. По мнению Гари Хуфбоера существуют две силы, которые будут пытаться изменить взгляды Обамы на центристские. Благодаря дешевому доллару американский экспорт сейчас на подъеме, а торговля - теперь сильная сторона экономики. И тогда Обама обнаружит, что если рынки Америки будут закрыты для товаров таких стран как Китай и Франция, то первые едва ли будут сотрудничать по вопросам глобального потепления, а вторые вряд ли окажут помощь в борьбе с Ираком. Протекционизм не исчезает с развитием многосторонней внешней политики.
Большинство экономистов, включая советников Обамы, до сих пор придерживаются мнения, что торговля обеспечивает благосостояние государства, даже если это и вредит определенным отраслям промышленности и их работникам. Хотя этот ущерб тяжело измерить, но можно сказать, что торговля не единственный его виновник. В конце 1970-х, более чем за 10 лет до подписания НАФТЫ, способность зарабатывать у граждан со средним и ниже уровнем дохода стала снижаться. Вероятнее всего потеря рабочих мест обусловлена повышением производительности, а не торговлей, ведь теперь, чтобы собрать автомобиль или напечатать газету, требуется гораздо меньше рабочих. Даже экономист школы Кеннеди в Гарварде Дэни Родрик, который разделяет мнение Хилари Клинтон о необходимости перерыва в подписании новых торговых соглашений, не является антипассатом (противником торговли). Он заявляет, что поскольку прибыль от торговли составляет 30 % ВВП, то государству нужно сделать как можно больше, чтобы смягчить негативное влияние торговли. Так, например, государство могло бы предоставить работу безработным, которые рано ушли на пенсию или потеряли место в связи со стабилизацией заработной платы. И все те, кто каким-либо образом пострадал от торговли забывают о существенных преимуществах: мы продаем большое количество экспорта, в результате чего у нас более низкие цены на товары для потребителей в нашей стране. Поскольку бедные американцы тратят большую часть своих доходов на низкооплачиваемые импортные товары, как например, обувь из Китая, то торговля может так же расцениваться как поддержка менее обеспеченной части населения. Если бы только политики прекратили проповедовать свои идеи. Книга известного писателя Роджера Ловенстайна «Когда Америка  в возрасте» вышла в прошлом месяце.